Неточные совпадения
Кто жил и мыслил, тот не может
В душе не презирать людей;
Кто
чувствовал, того тревожит
Призрак невозвратимых дней:
Тому уж нет очарований,
Того змия воспоминаний,
Того раскаянье грызет.
Всё это часто придает
Большую прелесть разговору.
Сперва Онегина язык
Меня смущал; но я привык
К его язвительному спору,
И к шутке, с желчью пополам,
И
злости мрачных эпиграмм.
Неужели я принадлежу к числу тех людей, которых один вид уже порождает недоброжелательство?» И я
чувствовал, что ядовитая
злость мало-помалу наполняла мою душу.
— Ты прав, — подхватил Базаров. — Я хотел сказать, что они вот, мои родители то есть, заняты и не беспокоятся о собственном ничтожестве, оно им не смердит… а я… я
чувствую только скуку да
злость.
Клим, давно заметив эту его привычку, на сей раз
почувствовал, что Дронов не находит для историка темных красок да и говорит о нем равнодушно, без оживления, характерного во всех тех случаях, когда он мог обильно напудрить человека пылью своей
злости.
Артистически насыщаясь, Тагильский болтал все торопливее, и Самгин не находил места, куда ткнуть свой ядовитый вопрос, да и сообщение о сотруднике газеты, понизив его
злость, снова обострило тревожный интерес к Тагильскому. Он
чувствовал, что человек этот все более сбивает его с толка.
— Вы давно знаете этого… солдата? — спросил он,
чувствуя, как его сжимает сухая
злость.
И в голосе ее и в глазах было нечто глубоко обидное. Клим молчал,
чувствуя, что его раздувает
злость, а девушка недоуменно, печально говорила...
Самгин вздрогнул,
почувствовав ожог
злости. Он сидел за столом, читая запутанное дело о взыскании Готлибом Кунстлером с Федора Петлина 15 000 рублей неустойки по договору, завтра нужно было выступать в суде, и в случае выигрыша дело это принесло бы солидный гонорар. Сердито и уверенно он спросил, взглянув на Ивана через очки...
Клим вышел на террасу. Подсыхая на жарком солнце, доски пола дымились под его ногами, он
чувствовал, что и в голове его дымится
злость.
— Прощай, Трифон Борисыч! — крикнул опять Митя, и сам
почувствовал, что не от добродушия теперь закричал, а со
злости, против воли крикнул. Но Трифон Борисыч стоял гордо, заложив назад обе руки и прямо уставясь на Митю, глядел строго и сердито и Мите ничего не ответил.
Настасья Федоровна, живавшая, впрочем, по зимам подолгу в Петербурге, тоже
чувствовала эту томительную скуку, особенно во время отсутствия графа, занятого по горло делами, и срывала свою
злость по-прежнему на окружавших ее безответных крепостных девушках.
Только целовальник мне вдруг говорит: «Я-ста, говорит, и не бирал никакого мешка!» Такая меня
злость взяла:
чувствую, что сам-то я какое воровство и мошенничество сделал, и вижу, что против меня то же делают, и начал я этого целовальника утюжить, и как я его не убил — не знаю…
Он вышел из своего шарабана весь желтый от
злости и
почувствовал, что у него дрожат руки, о чем и сообщил Маврикию Николаевичу.
Тогда мы не можем ко всем этим чужим нам существам
чувствовать ничего, кроме равнодушия, зависти, ненависти,
злости.
Чем более поддавался Хвалынцев этим мыслям, тем все смутнее и тяжелее становилось ему, и он вдруг как-то
почувствовал себя одиноким, чужим, лишним среди этой толпы товарищей, отторгнутым от нее членом, вследствие какого-то тайного, неведомого, высшего приговора. Ему стало очень горько и больно; досада, и
злость, и сознание своего бессилия еще пуще стали сжимать и щемить его душу.
Теперь, когда эта женщина казалась мне прекрасней, чем когда-либо, я
чувствовал, какую потерю в лице ее понесла природа, и мучительная
злость на несправедливость судьбы, на порядок вещей наполняла мою душу…
— Чем же он лучше меня для неё? — сказал Кожемякин, разводя руками, полный холодной обиды и
чувствуя, как она вскипает, переходя в
злость. — Проходимец, ни кола, ни двора. Нет, я сам пойду, поговорю с ней!
Я
почувствовал, что
злость чахоточного направлена скорее на меня, чем на Чекунова.
Князь Мышкин говорит Рогожину: «Твою любовь от
злости не отличишь». И Маврикий Николаевич говорит Ставрогину про Лизу: «Из-под беспрерывной к вам ненависти, искренней и самой полной, каждое мгновение сверкает самая искренняя безмерная любовь и — безумие! Напротив, из-за любви, которую она ко мне
чувствует, тоже искренно, каждое мгновение сверкает ненависть — самая великая!»
Я едва не заплакал от
злости, но удержался, так как с некоторого времени упорно решал вопрос — «кто я — мальчик или мужчина?» Я содрогался от мысли быть мальчиком, но, с другой стороны,
чувствовал что-то бесповоротное в слове «мужчина» — мне представлялись сапоги и усы щеткой.
Обноскин покатился со смеху. Я
чувствовал, что начинаю дрожать от
злости.
Удивительно: я хотела плюнуть ему в лицо, вытолкать его, но у меня появились слезы, я вся размякла! Я не
чувствовала никакой
злости, никакого негодования. Я могла только жаловаться и хныкать.
Если она не заставала его в мастерской, то оставляла ему письмо, в котором клялась, что если он сегодня не придет к ней, то она непременно отравится. Он трусил, приходил к ней и оставался обедать. Не стесняясь присутствием мужа, он говорил ей дерзости, она отвечала ему тем же. Оба
чувствовали, что они связывают друг друга, что они деспоты и враги, и злились, и от
злости не замечали, что оба они неприличны и что даже стриженый Коростелев понимает все. После обеда Рябовский спешил проститься и уйти.
Припоминая позорные для женщины слова, он покрывал ими стройную высокую фигуру Ольги, желая испачкать грязью всю её, затемнить с ног до головы. Но ругательства не приставали к ней, и хотя Евсей упорно будил в себе
злость, но
чувствовал только обиду.
И нещадно, с цинической
злостью высмеивали меня, а я был задорным кутенком,
чувствовал себя не глупее и смелее взрослых собак, — я тоже злился. Начиная понимать, что думы о жизни не менее тяжелы, чем сама жизнь, я, порою, ощущал в душе вспышки ненависти к упрямо-терпеливым людям, с которыми работал. Меня особенно возмущала их способность терпеть, покорная безнадежность, с которой они подчинялись полубезумным издевательствам пьяного хозяина.
В часы голода,
злости и тоски я
чувствовал себя вполне способным на преступление не только против «священного института собственности».
С женщинами, окружавшими девственное ложе сонной боярышни, происходило нечто подобное тому, что, по апокрифическим сказаниям, происходило с языческими идолами при восходе звезды, возвестившей рождение Христа. Вое эти крепостные юницы
почувствовали, что век их кончен, но в сердцах их не было ни зависти, ни
злости к этой пришелице. Они только
чувствовали, что народился некий болий их, с которым им уже нельзя и думать ни спорить, ни состязаться.
— Так-то так, а все-таки. Беда, ежели апломба нет! Хуже нет, ежели ты себе не веришь или сомневаешься. Был такой случай. Наложил я щипцы, тащу… тащу и вдруг, знаете,
чувствую, что очень долго тащу. Пора бы уж вытащить, а я всё тащу. Окаменел я от ужаса! Надо бы бросить да снова начать, а я тащу, тащу… ошалел! Больной видит по моему лицу — тово, что я швах, сомневаюсь, вскочил да от боли и
злости как хватит меня табуретом! А то однажды ошалел тоже и вместо больного здоровый зуб вырвал.
Акцизный глядел на нее и морщился от
злости… Ревности он не
чувствовал, но ему неприятно было, во-первых, что, благодаря танцам, негде было играть в карты; во-вторых, он терпеть не мог духовой музыки; в-третьих, ему казалось, что гг. офицеры слишком небрежно и свысока обращаются со штатскими, а самое главное, в-четвертых, его возмущало и приводило в негодование выражение блаженства на женином лице…